Брэдок выглядел несколько иначе, чем на фотоснимках. Очень высокий, очень прямой, с гладко обритой крупной головой, он неподвижно стоял посреди кабинета. На почти пустом письменном столе красовался золотой кубок, присужденный национальным авиаклубом за «Стрелы».

Брэдок молча указал Муну на кресло. Сам он продолжал стоять. Увидев за спиной Брэдока пластиковую табличку «Побеждает тот, кто молчит», Мун, несмотря на предупреждение личного секретаря, не удержался от замечания:

— Как же вы намерены сочетать этот девиз с предвыборной кампанией? У нас обычно выигрывает тот, кто говорит больше всех.

Брэдок вместо ответа улыбнулся.

— Вы кого–то ждете? Брэдок кивнул.

— Может быть, мы пока побеседуем, чтобы не терять времени? — предложил Мун. — Меня интересует ваше мнение о катастрофе. Мне лично кажется, что…

Брэдок повелительным жестом приказал ему замолчать. Молчание затягивалось. Дверь отворилась без стука. Мэкхилери катил перед собой металлическую раздвижную лестницу. За ним следовал человек с электронным щупом.

— Еще пять минут, и вы были бы уволены, Хэрти! — жестко сказал Брэдок:

Человек с электронным щупом не произнес ни слова — он знал нрав своего хозяина. Молча он приступил к обыску кабинета. Хэрти чем–то напоминал сапера, когда осторожными движениями приподнимал ковер, заглядывал в ящики письменного стола, забравшись на лестницу, обшаривал потолок. Пока искали потайной микрофон, Брэдок не проронил ни слова. Лишь когда, наконец, нашли еле приметную плоскую пластинку, приклеенную к обратной стороне таблички «Побеждает тот, кто молчит», Брэдок сказал:

— Бессмертное ухо конкуренции: сегодня отрубили, через день вырастет заново… Теперь можно спокойно говорить… до завтра!

Мэкхилери и Хэрти вышли.

— Этому человеку я плачу столько же, сколько своему главному конструктору… Вы думаете, авиастроение — промышленность? Это «холодная война». Побеждает не тот, кто лучше строит, а тот, кто лучше хранит свои секреты.